РЕД­КИЙ АЛЕ­УТ

— Про все ма­лые на­род­ности — есть, а про але­утов — нет. По­чему за­были!?

— Так вы­мер­ли они, — ска­зала сот­рудни­ца. — Мы дав­но о них экс­по­зицию в под­вал уб­ра­ли.

— Вот он я. Пе­ред ва­ми. Жи­вой, — с оби­дой про­из­нес Ми­халыч.

Але­утов на Ко­ман­до­рах се­год­ня чуть боль­ше трех­сот че­ловек. Ма­ло. Но это единс­твен­ное мес­то их ком­пакт­но­го про­жива­ния в на­шей стра­не.

Ког­да-то их, как ве­лико­леп­ных зве­робо­ев, за­вез­ли сю­да с рос­сий­ских Але­утс­ких ост­ро­вов. Но по­том эти ост­ро­ва про­дали вмес­те с Аляс­кой, а са­ми Ко­ман­до­ры от­да­ли в арен­ду аме­рикан­цам.

Вли­яние США здесь нез­ри­мо чувс­тву­ет­ся до сих пор. И по ос­таткам ста­рых стро­ений. И по но­вому сто­мато­логи­чес­ко­му комп­лек­су бесп­лат­но пос­тавлен­но­му «от­ту­да». И по оп­ла­чен­ным груп­по­вым приг­ла­шени­ям за оке­ан. Да­же цер­ковь здесь есть «аме­риканс­кая».

Дру­гие иност­ран­ные го­сударс­тва так­же вно­сят свою леп­ту в ста­нов­ле­ние но­вой иде­оло­гии ко­ман­дорцев. Дат­ча­не в па­мять о сво­ем зем­ля­ке Бе­рин­ге по­дари­ли два сов­ре­мен­ных вет­ря­ка. Те­перь чет­верть этой «поч­ти дар­мо­вой элект­ро­энер­гии» ни­коль­цы по­луча­ют в ви­де уко­ра вы­соко­тариф­но­му ве­домс­тву Чу­бай­са.

Есть и еще один бесп­лат­ный ка­нал за­рубеж­ной по­мощи. Имен­но за ней и отп­ра­вил­ся со мной Ми­халыч в пу­тешест­вие по оке­анс­ко­му по­бережью. Хо­тя я по­нимал, что на са­мом де­ле он выс­ту­пал в ро­ли мо­его за­бот­ли­вого про­вод­ни­ка.

— Атя-ги-кум алар-гум ик-са-а-а, — про­тяж­но по­ет Ми­халыч воз­ле кра­сиво­го во­допа­да. — Это не пес­ня, — поп­равля­ет он ме­ня. — Это оз­на­ча­ет: идем мы с то­бой по морс­ко­му бе­регу.

Ми­халыч один из тех ред­чай­ших але­утов, кто еще не за­был свой род­ной язык. В со­ветс­кой шко­ле зап­ре­щали на нем го­ворить, а те­перь триж­ды пы­тались на­чать обу­чение, но але­утс­кие де­ти не хо­тят, за­яв­ля­ют: нам анг­лий­ский боль­ше ну­жен.

Еще Ми­халыч не­дово­лен тем, что «в ны­неш­не­му го­ду але­утам раз­ре­шили бесп­лат­но вы­ловить семь не­рок, а русс­ким — толь­ко за день­ги».

— Раз­дор этим влас­ти вно­сят. Клин меж­ду на­ми вби­ва­ют, — вор­чит он по по­воду та­кой на­ци­ональ­ной по­лити­ки.

Хо­тя на са­мом де­ле мест­ная власть здесь ни при чем. Кам­чатрыб­хоз спус­тил вниз та­кое ре­шение. Да­же в семье гла­вы Алек­санд­ра Евс­ти­фе­ева нап­ря­жен­ность воз­никла, по­тому что сам он русс­кий, а же­на — але­ут­ка.

По­ка я фо­тог­ра­фиро­вал ко­ман­дорс­ких «по­пуга­ев» — то­пор­ков и ипа­ток, — Ми­халыч на­шел на бе­регу ог­ромный не­вод, креп­кий кап­ро­новый трос и еще кух­тель — боль­шой плас­ти­ковый поп­ла­вок для оке­анс­ких се­тей.

— Что-то в пос­леднее вре­мя из Япо­нии пе­рес­та­ли «при­сылать» бам­бук. Не­уро­жай у них на не­го там что ли, не зна­ешь? — ин­те­ресу­ет­ся у ме­ня Ми­халыч.

Штор­ма­ми на Ко­ман­до­ры выб­ра­сыва­ет все: но­вую и ста­рую обувь, ис­по­линс­кие ка­надс­кие брев­на, боч­ки со спир­том и да­же ба­ноч­ки с пи­вом. Все это — бесп­лат­ные за­рубеж­ные «по­сыл­ки».

Есть и еще один ис­точник ва­лют­но­го за­работ­ка.

Три-че­тыре кру­из­ных теп­ло­хода с иност­ран­ны­ми ту­рис­та­ми спе­ци­аль­но прип­лы­ва­ют пос­мотреть на их дожд­ли­вый рай. Ми­халыч ру­ково­дит але­утс­ким ан­самб­лем «Чи­ян». Кон­церт вхо­дит в об­щую прог­рамму, и один би­летик сто­ит 5 дол­ла­ров. Столь­ко же бе­рут и за по­сеще­ние мест­но­го му­зея. Этот ва­лют­ный «цех» при­носит 3-4 ты­сячи дол­ла­ров за ле­то. Но по­ка су­щест­ву­ют не­веро­ят­ные слож­ности с оформ­ле­ни­ем до­пус­ка в пог­ранзо­ну — ос­новной по­ток иност­ран­цев бу­дет проп­лы­вать ми­мо Ко­ман­до­ров. Боль­ше на­дежд на сос­то­ятель­ных со­оте­чест­вен­ни­ков.

Пер­вой та­кой бо­гатой «лас­точкой» как раз и стал Ана­толий Чу­байс со сво­им се­мей­ством. Ви­зит на Ко­ман­до­ры обо­шел­ся ему где-то в 50 ты­сяч дол­ла­ров. Но­вые русс­кие на­конец-то на­чина­ют ос­ва­ивать род­ные ок­ра­ины. Ка­нары им, вид­но, уже при­елись.

...Се­миде­сяти­лет­ний Ми­халыч та­щит уве­сис­тый кух­тель уже шесть ки­ломет­ров. Этот «дар мо­ря» пред­назна­чен его сы­ну, по­лучив­ше­му крат­ковре­мен­ное раз­ре­шение на ар­тель­ный лов ры­бы в от­да­лен­ной бух­те. Их глав­ная цель — ик­ра гор­бу­ши.

— В этом го­ду ос­та­вим на бе­регу сво­его сто­рожа, — со­об­ща­ет мне Ми­халыч. — По­тому что, как толь­ко мы уй­дем — зай­дут бра­коньеры и вы­режут пол­ностью не­рес­то­вую реч­ку. А крас­ная ры­ба, где рож­да­ет­ся, ту­да и вер­нется че­рез 3-5 лет. На­до ду­мать о бу­дущем, ина­че Ко­ман­до­ры ско­ро сов­сем с пус­ты­ми ре­ками ос­та­нут­ся.

Ми­халыч тем са­мым го­ворит о по­яв­ле­нии но­вой пси­холо­гии хо­зя­ина и от­ве­шива­ет звон­кую «по­щечи­ну» за­повед­ни­ку, по­тому что «та са­мая бух­та» на­ходит­ся в его ох­ранной зо­не.

Мы спе­шим вер­нуть­ся по оке­анс­ко­му от­ли­ву. Мой про­вод­ник уго­ща­ет ме­ня раз­но­об­разны­ми трав­ка­ми, ко­реш­ка­ми, а за­тем на­чина­ет на­певать ме­лодию рос­сий­ско­го гим­на.

Ми­халыч уже нес­коль­ко раз ез­дил в Аме­рику. Го­ворит, что «их­ние але­уты» жи­вут зна­читель­но луч­ше на­ших.

Спра­шиваю:

— Не бы­ло же­лания там ос­тать­ся?

— Аме­рикан­цы са­ми нам де­лали та­кое пред­ло­жение, — Ми­халыч за­тем дол­го мол­чит и по­том ти­хонь­ко, но уве­рен­но про­из­но­сит:

— Ро­дина моя здесь. В Рос­сии. И ни­куда я от­сю­да по сво­ей во­ле не уеду.

Читать дальше "Не все на Руси караси..."

Игры и викторины "Сибирики". Развлечение с умом.