ОТ АВТОРА

 Однажды один из известных сегодня фотожурналистов рассказал мне, как в молодости, подрабатывая на съемках в Историческом музее, он столкнулся со сложнейшей задачей. Нужно было запечатлеть огромную, отполированную до зеркального блеска, древнюю вазу. Поначалу он думал, что все отснимет за несколько минут. Но с какой бы точки он ни фотографировал, какой бы свет не применял — ваза все «видела». Она таращилась на него своими лупоглазыми боками, чтобы он ни делал.

Он снял ва­зу, на­ходясь от нее все­го лишь в нес­коль­ких ша­гах. Но его изоб­ра­жение не от­ра­зилось в ее зер­каль­ных из­ги­бах. Как и по­лага­лось — глав­ной на сним­ке ста­ла Она.

Как он это сде­лал? Об этом чуть позд­нее…

«Каж­дой раз­гадке — свой че­ред», — ска­жет мне би­рюсинс­кий ста­рожил Петр Ха­рин, ког­да спро­шу о сек­ре­те из­го­тов­ле­ния де­ревян­ной лод­ки. Это вы его сей­час ви­дите на сним­ке. Всмот­ри­тесь. Труд­но в это по­верить, но лод­ка, на ко­торой он плы­вет, сде­лана из од­но­го оси­ново­го брев­нышка.

Ха­рин расс­ка­жет мне о «сек­ретной тех­но­логии» (вы о ней то­же уз­на­ете, ес­ли оты­щите По­тай­ную дверь на глав­ной стра­нице), но преж­де по­ин­те­ресу­ет­ся «хо­дом мо­их мыс­лей». И в тот мо­мент на­пом­нит он мне оди­ноко­го стар­ца из древ­ней прит­чи. Про­ходив­ший ми­мо пут­ник спро­сил его: «Дол­го ли мне еще ид­ти до мо­ря?» Ста­рец не от­ве­тил. Пут­ник спро­сил вновь и, по­думав, что ста­рик глу­хой, уны­ло поб­рел по пыль­ной до­роге. И толь­ко тог­да ус­лы­шал за спи­ной его го­лос: «Два дня в пу­ти бу­дешь». «Что же ты сра­зу не ска­зал?» — Воз­му­тил­ся пут­ник. «По­тому что преж­де мне нуж­но бы­ло пос­мотреть, как ты хо­дишь», — от­ве­тил ста­рец.

Два ле­та, осень и зи­му я го­товил очерк о по­том­ках си­бирс­ких пер­вопро­ход­цев, при­летая в ма­лень­кую де­ревуш­ку Яр­ки­но на при­токе Ан­га­ры. И толь­ко на тре­тий год по­чувс­тво­вал к се­бе ка­кое-то свой­ское от­но­шение. Ле­док не­дове­рия вко­нец рас­та­ял, ког­да ме­ня за око­лицей ос­та­новил Ге­на Ку­лаков и ска­зал: «Ты на ту гор­ку, па­ря, не ха­живай. Зме­иным мес­том у нас ее зо­вут. На­ши там не бы­ва­ют». «А что же рань­ше мол­ча­ли?» — спра­шиваю с не­до­уме­ни­ем. И слы­шу в от­вет: «Я же те­бе го­ворю — на­шим там де­лать не­чего!»

Как толь­ко яр­кинцы пе­рес­та­ли от­но­сить­ся ко мне как к чу­жаку — ра­ботать ста­ло лег­че. За сво­ими де­лами они ме­ня как бы уже и не за­меча­ли и в то­же вре­мя и не сто­рони­лись.

Под ве­чер заг­ля­нули мест­ные ама­зон­ки Ира с Ле­ной (од­ну из них вы как раз и ви­дите на сним­ке) и по­веда­ли о том, что ба­ба Ва­ря, Мер­курьев­на и дру­гие — в крест­ный ход отп­рав­ля­ют­ся. Дож­дя у Бо­горо­дицы про­сить. Вот и по­ин­те­ресо­вались: мо­жет, ин­те­рес­но мне бу­дет об­ряд уви­деть?

Дев­чонки поп­ро­щались со мной, ли­хо спус­ти­лись на ко­нях с уго­ра и ста­ли ку­пать­ся в теп­лой реч­ке Ча­добец. Это бы­ла – фе­ерия. Ве­ер брызг. Вос­торжен­ные возг­ла­сы... В во­де ра­зыг­ры­валось це­лое предс­тав­ле­ние. Но это­му со­бытию они ни­како­го зна­чения не при­дава­ли и на съем­ки не приг­ла­шали.

Ку­пание ко­ней уви­дел слу­чай­но. Сни­мал то, что чувс­тво­вал. И этот сни­мок для ме­ня в пер­вую оче­редь не фо­то­изоб­ра­жение, а впе­чат­ле­ние от то­го уди­витель­но­го дня. Го­ворят, от не­го энер­ге­тика ка­кая-то осо­бая ис­хо­дит. Мо­жет, и так...

За этот сни­мок вру­чили мне Гран-при меж­ду­народ­но­го фо­токон­курса под наз­ва­ни­ем «Стоп-кадр». Го­вори­ли об ос­та­нов­ленном мгно­вении. Но на са­мом де­ле да­же один-единс­твен­ный миг и тот нель­зя выр­вать из жиз­ни. О нем мож­но сох­ра­нить толь­ко вос­по­мина­ние. Вре­мя – ско­ротеч­но и бе­зос­та­новоч­но.