ДОБ­РО БЕЗ ОТК­ЛИ­КА

— Рань­ше идешь по тай­ге в рай­центр, ле­совоз ос­та­новит­ся и под­ве­зет те­бя без проб­лем. А сей­час день­ги тре­бу­ют. Пе­ред но­сом двер­цей хло­па­ют. Сов­сем ваш ры­нок лю­дей ис­портил. А ес­ли вы так к нам, по­чему я дол­жен по-дру­гому?!

Отец по­мол­чал, а по­том ска­зал: «Бе­да подк­ра­дыва­ет­ся неп­ри­мет­но… На дру­гих смот­ришь, а в се­бя не всмат­ри­ва­ешь­ся... Так и не за­метишь, как вся жизнь под от­кос по­летит!»

Раз­го­вор о че­ловеч­ности мы про­дол­жим с Ха­риным сле­ду­ющим днем. За­дол­го до расс­ве­та. Солн­це еще толь­ко со­бира­лось по­казать­ся из-за го­ры, а в пе­чур­ке уже тре­щали дро­ва, и ог­ненные отс­ве­ты пры­гали по ян­тарным брев­нам. Теп­ло не спе­ша вып­ро­важи­вало ут­реннюю зяб­кость. Петр Аб­ра­мович го­товил тес­то на рыб­ный пи­рог:

— За кваш­ней на­до уха­живать, как за ре­бен­ком. Не­дог­ля­дишь — на сто­рону уй­дет или не под­ни­мет­ся. А в ито­ге — без хле­ба ос­та­нешь­ся.

По­няв, что в этой пре­людии – отз­вук вче­раш­не­го раз­го­вора, спра­шиваю:

— Доб­ро без отк­ли­ка — это зло?

— Нуж­но уметь про­щать лю­дей, — от­ве­ча­ет он мне, прек­ра­щая на вре­мя все де­ла. — Толь­ко без люб­ви и да­ры, и по­мощь — бла­годатью не ста­нут. Ни для дру­гих, ни для се­бя са­мого. Вот и у ме­ня не всег­да все по­луча­ет­ся… Нес­коль­ко лет на­зад заг­ля­нул ко мне со сви­той важ­ный чи­нов­ник. Пи­ли они, ку­роле­сили, ру­гались… Я в из­бу ушел. А ему не пон­ра­вилось та­кое пре­неб­ре­жение. Ска­зал, что жи­ву я в тай­ге без со­от­ветс­тву­юще­го раз­ре­шения. И я для не­го — ник­то… Про­вожать эту ком­па­нию на бе­рег я не вы­шел. Не смог пе­реси­лить свою гор­ды­ню. Грех взял на ду­шу…

Сви­дете­лем еще од­ной ха­рак­терной ис­то­рии мне приш­лось стать в прош­лом го­ду. В кон­це ле­та на Би­рюсе по­явил­ся не­обыч­ный стран­ник. Ры­баки пре­дуп­ре­дили Ха­рина: «Смот­ри дед в оба, ви­дать бег­лый зэк. Ко­рот­ко стри­жен­ный. Не­дале­ко от те­бя в ша­лаши­ке жи­вет. Тай­ги не зна­ет. Точ­но — приш­лый».

Дня че­рез три Ха­рин пе­редал с ры­бака­ми за­пис­ку это­му «зэ­ку»: «Мо­жешь по­гос­тить у ме­ня. Ти­шины на дво­их хва­тит».

Стран­ни­ком ока­зал­ся моск­вич Се­рега. Сов­сем за­путал­ся он в сво­ей жиз­ни. Ув­лекся ка­кой-то но­вомод­ной фи­лосо­фи­ей, и мир стал ему не в ра­дость. Од­нажды ткнул он, не гля­дя, паль­цем в кар­ту. По­пал в Би­рюсу. При­ехал в Си­бирь. Подс­триг­ся, сде­лал плот и поп­лыл навс­тре­чу не­из­вест­ной судь­бе по по­рожис­той ре­ке.

Жил Се­рега с «дя­дей Пе­тей» ду­ша в ду­шу. До осе­ни. А по­том «со све­том в окош­ке» уехал в Моск­ву к же­не. Поз­же я по­лучил от не­го пись­мо: «Толь­ко сей­час я по­нял, с ка­ким уди­витель­ным че­лове­ком мне приш­лось повс­тре­чать­ся. На все те­перь смот­рю дру­гими гла­зами. Толь­ко не с кем по­гово­рить. С преж­ни­ми зна­комы­ми — не о чем, а но­вых по­ка нет. Хо­чет­ся все бро­сить и уехать на Би­рюсу».

Петр Аб­ра­мович то­же пе­реп­ра­вил мне с ока­зи­ей свое пос­ла­ние. Пер­вое и пос­леднее за все вре­мя на­шего зна­комс­тва. Теп­ло поб­ла­года­рил за пе­редан­ные кни­ги и в кон­це при­писал: «Пет­ра по­хоро­нили. Уби­ло в тай­ге ле­синой…»

Сра­зу вспом­ни­лось мне, как пе­ред мо­им отъез­дом Ха­рин со­об­щил не­ожи­дан­ное:

— Я в ста­ровер­ческий мо­нас­тырь ез­дил на Ени­сей. Прис­матри­вал на бу­дущее, ку­да мож­но мою не­мощ­ную ста­рость прист­ро­ить… Но не приг­ля­нулась мне се­вер­ная оби­тель… Вро­де все там есть. И ре­ка... И тай­га… А ду­ша не при­няла. Сво­боды — нет… Вид­но, на Би­рюсе мне суж­де­но свой век до­живать.

— Но здесь, слу­чись что, да­же во­ды по­дать бу­дет не­кому…

— А ты на мои мыс­ли вни­мания не об­ра­щай, — ус­по­ко­ил он ме­ня. — Я с ни­ми здесь все вре­мя, как мед­ведь в бер­ло­ге: с од­но­го бо­ка на дру­гой пе­рево­рачи­ва­юсь… А во­об­ще то, я — не уг­рю­мый. Прос­то о ду­ше при­ходит­ся все вре­мя ду­мать. О са­мом цен­ном и до­рогом, что есть у че­лове­ка. Но это — тай­ное… И ни с кем я из ино­ков се­бя не срав­ни­ваю… Гре­хов мно­го. Мо­люсь ред­ко… Но, мо­жет, Гос­подь и при­ведет к че­му-то… Ве­ришь, я рань­ше был очень хо­рошим охот­ни­ком. А сей­час ружье в ру­ки не бе­ру. За­чем ко­го-то уби­вать, ког­да ра­дость в жиз­ни при­носит толь­ко жи­вое?!

К ЛИ­КУ СВЯ­ТЫХ

Так уж сло­жилось, но прос­лавлен­ные на Ру­си ино­ки всег­да про­ходи­ли стран­ный путь. Вна­чале их при­чис­ля­ли к раз­ря­ду отс­туп­ни­ков, по­том — к ли­ку свя­тых. При­чем за­держ­ка в приз­на­нии их пра­вед­ности всег­да пре­выша­ла про­житую ими жизнь.

Уже сей­час дру­гими гла­зами на­чина­ют смот­реть мно­гие ста­рове­ры на быв­ших сво­их из­го­ев. По­тому что имен­но в их не­казис­тых хи­жинах, пост­ро­ен­ных на от­ши­бе, те­перь об­ре­та­ют ве­ру те, кто по­терял в ли­холетье пос­леднюю на­деж­ду.

Только веру эту трудно назвать религией.

Читать дальше "Не все на Руси караси..."

Игры и викторины "Сибирики". Развлечение с умом.