ВОРОВСКАЯ ПАДЬ

Фото Олега Нехаева. Граница начинается прямо за жилыми домами.

Примечательно, что в первые десятилетия своего «золотого века» кяхтинские богачи тратили деньги с невиданным размахом. Если уж строили храмы, то такие, чтобы их роскошью затмить всех и вся.

По сегодняшним меркам церкви старой Кяхты могли бы обеспечить потребности прихожан почти миллионного города. То есть насущная необходимость перекрывалась стократно.

Торговые ряды.Но в этой величавости была одна примечательная особенность. Впритык к российской слободе был построен китайский торговый городок Маймачен с деревянными храмами. Наши купцы в ответ, чтобы «за державу не было обидно», возвели высоченную и прекраснейшую по своей архитектуре каменную Воскресенскую церковь. И китайцы, которые называли нас до этого не иначе, как «северными дикарями», стали изучать русский язык. Вскоре между двумя приграничными слободами установилось не только торговое, но и простое человеческое общение. А ворота закрывались только «по пробитии зари», то есть на ночь.

Сегодня граница в Кяхте прежних свобод не имеет. Вернее – не имела. Потому что с одной стороны, с монгольской -- уже создается свободная экономическая зона "Алтан-Булак"

Правда, иркутские и бурятские бизнесмены, лучше всех знающие ситуацию, говорят, что все равно все будет зависеть от наших чиновников. Именно в их руках внешнеторговые ключики, которые иногда странным образом достаются далеким «прихватизаторам». Не так давно из-за чумы запретили ввоз мяса из Монголии. И сибирские «колбасные» комбинаты попали в трудное положение. Но когда они присмотрелись к ситуации на рынке — ахнули. Одна из фирм «в порядке исключения» все же получила право «пира во время чумы». Именно она и правила торговый бал. А сибиряки, как оказалось, могли теперь получать дешевое мясо из соседней Монголии только через московских посредников.

И опять хронология свидетельствует, что Кяхта такое уже проходила не раз. До середины XIX века экономические «сливки» доставались в основном столичным купцам. Других к торговле по высочайшему повелению просто не допускали.

Подготовка чая к отправке в Россию.

История показывает, что лучше всего нашей разумности способствуют плохие обстоятельства. Англия, развязав войну с Китаем, нарушила кяхтинскую монополию. Чай контрабандно стал завозиться в Россию из Европы. Чайные российские олигархи стали разорятся. И Александр II допустил к торговле не только купцов всех гильдий, но и крестьян. Выражаясь современным языком, в дело позволили вступить малому бизнесу. И мелкие компании смогли очень быстро, более чем вдвое, увеличить прежние кяхтинские обороты.

Как раз этот период и стал наиболее плодотворным в развитии города. Для сибирских предпринимателей Кяхта была постоянным местом жительства и большая часть их «чайных денег» тратились здесь же, а не в Москве. Именно местным купечеством были построены разные Переборка чая в Китае.мануфактуры, новые торговые ряды и магазины, открыты многочисленные школы и училища, богадельня, детский приют, библиотека, литературный салон, аптека, клубы, типография и даже частная газета.

Семитысячный городишко по своей «культурной насыщенности» оказался в числе лучших не только в Сибири, но и во всей России. И это в то время, когда грамотных за Уралом почти не было. А в Кяхте -- не толпа, а «общество», свободно читающее запрещенные «в России» книги. Сюда, например, свободно завозился через Китай «Колокол» Герцена.

Но, только при всем при этом, нужно обязательно упомянуть, как наживались первоначальные капиталы состоятельных граждан.

Государство, увидев, что у частников торговля пошла в гору, начало поднимать таможенные тарифы на ввозимый чай. Вскоре эта такса взлетела вдвое. И не корысть толкнула большинство купцов на контрабанду, а арифметика экономики, в отчимах у которой прописались нерадивые законодатели. Таможню, по многочисленным свидетельствам современников, пытались обмануть практически все. Название местности «Воровская падь» до сих пор в постоянном обиходе у кяхтинцев.

К тому же правительство упорно долго сохраняло первобытную меновую торговлю: товар на товар. А в Средней Азии «ташкинцы» уже вовсю расплачивались деньгами с китайцами. То же самое делали и англичане. Пока прошение об изменении «оного подхода» лежало под сукном, местные купцы вспомнили о давнем разрешении продавать золото и серебро в изделиях. Раньше этим никто не пользовался из-за высокой пошлины. Но когда торговля стала вообще останавливаться...

Чайная ложечка

Смекалку проявил один купец. Взял и заказал тяжеленный сервиз из серебра. И, затем, выгодно обменял его на чай. И пошло, и поехало... Дошло до того, что у китайцев появился невероятный «спрос» на чайные серебряные «ложечки». Название «чайные» фигурировали в таможенных документах, которые читали в Москве. А на самом деле из одной ложечки можно было напоить лошадь. Только когда дошло до такого абсурда, правительство наконец-то разрешило торговлю за деньги. Но в это время Англия, следившая за ситуацией, резко снизила пошлину на ввозимый чай. А наши чиновники продолжали «ловить ворон». Мы полностью потеряли не только европейский рынок, но из-за грабительских тарифов в очередной раз стали разорять свое собственное купечество.

НОВЫЕ «КЭМЕЛЫ»

В советское время на месте этого погоста играли в футбол.Плачевен и последний современный опыт централизованного государственного подхода к устройству кяхтинской приграничной экономики. Почти все местные предприятия, созданные в советское время, — разорились. Часть из-за того, что изначально были убыточными. Другие — потому что аналогичные товары в Монголии оказались дешевле. Здесь прекрасно помнят, как на построенную в Кяхте ткацко-прядильную фабрику везли хлопок через всю страну, чтобы в конечном итоге сшить трусы, в которых, потом, и пошли по миру.

Избитое утверждение о том, что на местах лучше всего знают, как распорядиться деньгами, реально почти ничем не подкрепляется. До сих пор существует только бумажное самоуправление и расписанные сверху до мелочей статьи расходов.

Вот и кяхтинская чайная коммерция умерла не оттого, что построили Транссиб и товары стало выгоднее возить по железной дороге. А потому, что у кого-то «руки не дошли» до принятия своевременных решений. Это хорошо подметил еще в середине позапрошлого века местный купец Иван Носков: «Без всякого преувеличения можно сказать, что, если бы русская торговля производилась все это время внутри самого Китая, — ее бы не устрашило никакое соперничество. Имея 200 лет непрерывных сношений, мы теперь только должны начинать с ним международную торговлю, между тем как другие европейцы, хотя недавно начали ее, но водворились уже внутри самого Китая и потому всегда будут впереди нас».

И настал день, когда кяхтинский гостиный двор полностью опустел. Только старожилы помнили, как приходили сюда караваны, Китай. Расфасовка чая.насчитывавшие до десяти тысяч верблюдов. Жизнь стала походить на высказывание местного купца, любителя шампанского: «Газ вышел, и скусу того нет».

— Вы знаете, а верблюды у нас снова появились,— проинформировали меня кяхтинцы. — Правда, называют их теперь на английский манер – «кэмелами». А во всем остальном -- наши, чистокровные. И товар, как и раньше -- китайский.

Произошло это после того, как чиновники объявили «войну» современным “челнокам” и подняли пошлину до 30 процентов. Коммерсанты отреагировали просто. Пользуясь тем, что багаж до 50 килограммов не облагается таможенным сбором, стали распределять свой груз между нанятыми для провоза кяхтинскими безработными “кэмелами”.

Каждая такая «ходка» оплачивается. Благо, тем, кто живет в приграничье, визы не требуются. Правительственные счетоводы думали, что с каждых ста тысяч рублей провозимого товара в бюджет пойдет треть, а получили — «кэмелов». Между тем челночный оборот в российско-китайской торговле составляет, по разным оценкам, от 5 до 10 миллиардов долларов в год.

То есть один к одному повторяется история с чайной коммерцией. Вместо экономических решений, обеспечивающих развитие, применяется политика запретов и латания бюджетных дыр высокими сборами. И они все растут и растут. А предельный вес для бесплатного багажа все снижается и снижается.

Многие русские  купцы сделали сови состояния на торговле чаем.Кстати, самого просвещенного градоначальника Кяхты Деспота-Зеновича очень быстро убрали. По указке свыше. Надоел он чиновникам своими постоянными требованиями по разумному «умножению государственного интереса». Незадолго до этого Деспот-Зенович анонимно, но всеми узнанный, написал в «Кяхтинском листке»: «Настроят застав, барьеров и всевозможных препятствий да и подгоняют, приговаривая: мы, мол, на то и поставлены, чтобы вы двигались вперед и развивались. Ну и двигались: ни взад, ни вперед». На этом и закончился опыт первого в истории самоуправляемого заштатного города России.

С тех пор минуло полтора века. И скажи тогдашним купцам-меценатам, что из всего кяхтинского «златокипящего» многообразия сегодня только в одном музее и останется живая связь времен, -- ни за что бы не поверили!

А местные музейщики до сих пор сожалеют, что Пушкин в Кяхту не приехал! Действительно, было у него такое желание -- отправиться в Китай.

— Эх, если бы он решился тогда на эту поездку! — провожая меня, сказала хранительница редких книг Любовь Филиппова. — Может, тогда бы и не случилось того рокового выстрела на Черной речке!?

Все равно бы случилось. Не мог, Александр Сергеевич, при всем желании отправиться за границу. По велению государя, «певец свободы» до конца дней своих оставался невыездным гражданином России.

lineyka

 

В разделе СУНДУК -- большая подборка материалов об истории Кяхты.

loshadka1

Читать дальше"Не все на Руси караси..."

Игры "Сибирики". Развлечение с умом. flag

 

Отобрано для ВАС:

*

ОБ АВТОРЕ

Oleg Nekhaev footer Олег НЕХАЕВ. Победитель и призер более тридцати творческих конкурсов в сфере журналистики, кино, телевидения, фотографии и интернет-технологий. Дипломант премии имени А.Д. Сахарова "За журналистику как поступок". Обладатель Гран-При международного фотоконкурса «Canon». Призер Пресс-фото России. Победитель Всесибирского телефестиваля (фильм «Интервью с президентом России»). Создатель "Золотого сайта" России, признанного, одновременно, лучшим интернет-СМИ Сибири, а его редактор - лучшим интернет-автором. Победитель конкурса "Родная речь" -- лучший материал о русском языке. Победитель конкурса "Живое слово" , "За высшее профессиональное мастерство". Лауреат премий: за журналистские расследования «Честь. Мужество. Мастерство», «Лучший журналист Сибири». Несколько его прозаических произведений признаны победителями литературных конкурсов. Автор награжден почетным знаком «За вклад в развитие Отечества» Удостоен звания Союза журналистов РФ «Золотое перо России» и высшей награды "Честь. Достоинство. Профессионализм"