Существовал ли на самом деле «человек в футляре»?

— Мальчик может взять чашку Чехова, — добродушно сказала смотрительница музея, обращаясь к моему отцу, и тут же последовало её решительное указание уже мне: — Бери! И пусть у тебя навсегда останется воспоминание об этом дне.

Хорошо помню, как вскоре приятно муркнул затвор фотоаппаратика «Смена».

От  Таганрога мы тогда жили километрах в ста. И отец привёз меня в этот город, чтобы я впервые увидел море. Но больше всего мне запомнилась встреча с Чеховым. Потому что его домик, побелённый извёсткой, был очень похож на наш. Такие же зёлёные ставни, внутри — уютные комнатки с низкими потолками,  на крыше — чердачок, с будто игрушечной дверкой.

Существовали ли на самом деле "человек в футляре"?

Продолжение. Начало Здесь.

Против приписываемой учителю Дьяконову прототипности чеховского «человека в футляре» всегда решительно возражал таганрогский летописец Павел Филевский. Это был историк с добропорядочной репутацией. Он знал и Чехова, и Дьяконова. Более того, Филевский не только закончил эту же самую гимназию, но и долго преподавал в ней. Для написания очерков беседовал со многими местными персонами и исследовал все имевшиеся архивные документы в гимназии. Его мнение было следующим: «Я положительно утверждаю, что между “Человеком в футляре” и А.Ф. Дьяконовым ничего общего нет».

В Чусовом, в этом "чумазом городе" на Урале, как его не раз называл и с симпатией вспоминал Виктор Астафьев, есть два человека, которые выделяются тем, что очень бережно сохраняют память о знаменитом писателе. Это — Владимир Николаевич Маслянка, первый долговременный директор местного астафьевского музея. Он и сейчас является его сотрудником. А ещё он вдумчиво делает коллажи из снимков, в которых отражаются истории прошедших событий и участвовавших в них людей. У него и другая особенность -- своеобразный местный летописец. Вот и сейчас закончился последний осенний месяц и он публикует в ВК свой "астафьевский хронограф", в котором по традиции — астафьевская тема и, как всегда, интересные сведения и мнения.

В восьмидесятых годах я работал собкором газеты по региону строительства Богучанской ГЭС на Ангаре. Чтобы, хоть как-то уменьшить местный культурный дефицит, присылали из Москвы и Красноярска  "агитбригады". Так как в посёлке, который должен был стать городом, ещё не было клуба, концерт проходил в столовой. Люди стояли по сторонам, а посредине выступали артисты.  Под конец объявили "автора смешных историй" Михаила Успенского. Он читал с листа и минуты через три-четыре из толпы раздались возмущённые крики: "Хватит уже! Дискотеку давай. Танцы!". Михаил Успенский всех оглядел и… уверенно продолжил читать дальше. И больше его никто не перебивал. Но никто и не смеялся.

Я фотографировал это мероприятие, и он подошёл ко мне.